Аналитика

Уроки выживания в информационной блокаде

Уроки выживания в информационной блокаде

За последние несколько десятилетий в ряде государств стали появляться ведомства, комитеты и другие структуры, отвечающие за обеспечение двусторонней связи родины и диаспоры. На сегодняшний момент в 30 странах действуют министерства диаспоры, а в 60 – многочисленные структуры, осуществляющие координацию связи по каналу родина-диаспора.

В октябре 2008 года появляется Министерство диаспоры Республики Армения (РА). Его создание стало шагом на пути реализации одного из важнейших положений политической программы Президента РА Сержа Саргсяна. Более чем в 100 странах мира к настоящему времени проживает 10 миллионов армян и даже больше. Перед Министерством диаспоры стоит задача по поиску методов и средств, направленных на сплочение национального потенциала и его эффективное использование. В условиях современного геополитического развития Министерство осуществляет свою деятельность по генерированию диаспоры в оплот мирного сосуществования и взаимопонимания.

Сам факт возникновения такого ведомства – явление, которое нельзя назвать вневременным. В советский период множество народов проживало под одной крышей. И хотя ни одна республика не была моноэтничной, все жили дружной семьёй, и существовало понятие «братских народов», тогда никто и помыслить не мог о подобном органе в системе исполнительной власти. Однако с распадом Советского Союза (ставшей результатом национальной политики СССР) ситуация изменилась. Свои вдруг стали чужими, большинство русских в один миг стали инородным элементом в новых государствах или, как пишет Елена Семёнова в своей книге «На этнической войне», «братство народов» обернулось геноцидом русских в ряде республик. Неожиданный распад Советского Союза (хотя соответствующие настроения уже витали в воздухе) фиксирует главную особенность русских меньшинств на постсоветском пространстве: они не являют собой пример классической диаспоры. Диаспору классического вида отличают наличие эффективных институтов внутренней консолидации и особые консолидирующие качества, такие как: сплочённость, взаимовыручка, соборность. С этой точки зрения, моделью такой диаспоры является армянская.

В противовес русским, которые оказались на территории ближнего зарубежья в одночасье, перескочив волну эмиграции, и, буквально, были брошены своим государством, армяне по своей воле направлялись в сторону России. Конечно, волна армянской эмиграции была спровоцирована: Спитакское землетрясение (1988 г.), транспортная блокада со стороны Турции и Азербайджана, тяжёлые социальные условия, массовая безработица, – всё это вынудило армян выехать за пределы родины. Около 700 тысяч армян прибыли тогда в Россию, большая часть эмигрировали из Азербайджана и Абхазии, спасаясь от беспощадных этнических чисток. Общие беды, вставшие на пути армянского народа, не сломили его, а, напротив, сделали сильнее, сплоченнее. И, даже пребывая на территории нового для себя государства, они стали стремиться к самоорганизации и, что немаловажно, избегали ассимиляции в новую культуру. Но для неклассической русской диаспоры самоорганизация еще очень трудна: историческая родина рядом, и, кажется, всегда есть возможность вернуться. Размышляя подобным образом, русские за рубежом, сами того не замечая, оказываются вовлечёнными в различные программы по ассимиляции, цель которых – искоренение остатков русской самобытности и идентичности, а затем и вовсе превращение русского народа в узбеков, таджиков, молдаван и др. русского происхождения. И в некоторых случаях программа срабатывает.

Речь идет о киевском Майдане 2014 года: русские наравне с украинскими националистами выступали против России. Против своей исторической родины. Против своих же интересов. Хотя этого они и не осознавали. Причина такого неведения «русских майдановцев» (и не только их) кроется в утрате этнической идентичности, которая стала результатом неспособности создать сильную общину.

Однако в этом виноваты не столько русские, оказавшиеся на территории бывших «братских» советских республик, сколько отсутствие опыта у России в формировании диаспор. Нельзя сказать, что Российская Федерация остаётся в стороне от процессов, происходящих на постсоветском пространстве, напротив, она стремится к единению своих соотечественников, вопреки ощутимым государственным границам, создавая по всему миру координационные советы, главный из которых Всемирный координационный совет. Он, согласно нынешнему законодательству РФ, является представительным органом соотечественников. Еще есть целая госкорпорация – «Россотрудничество». Казалось бы, что еще нужно? Ежегодно проводятся форумы, каждые три года созывается Всемирный конгресс соотечественников, главной темой которых остаётся поддержка русского зарубежья. По итогам обсуждений разрабатываются различные программы по оказанию помощи русскому населению. Более того, существует закон «О государственной политике Российской Федерации в отношении соотечественников за рубежом» (ФЗ № 99 от 24.05.1999), который регулирует отношения России и русского зарубежья, отношения родина-диаспора.

Но на практике всё это напоминает некую мозаику бессмысленности, состоящую из различного рода культурно-массовых мероприятий, медийных акций, инициатив, на которые, кстати, выделяются немалые средства. Мы получаем прямые доказательства того, что работа, действительно, ведётся, в виде аудио-, видеоматериалов, фоторепортажей и т.п. Все эти действия никак не способствуют консолидации и самоорганизации русской общины, или неклассической русской диаспоры, сохранению её самости. Это лишь судорожный поиск путей идентичности, возможно, даже имитация такого поиска, в то время как для ее обретения необходимы чёткие механизмы формирования национальной идентичности. Иначе мы сталкиваемся с ассимиляцией русского народа или так называемым русским исходом, когда в силу ухудшения условий существования в братских республиках наши соотечественники возвращаются на историческую родину. Не от хорошей жизни, так сказать. В качестве примера рассмотрим ситуации в современном Узбекистане, Таджикистане, Туркменистане.

Первые проблемы возникли в регионе Центральной Азии с распадом Советского Союза. Они были связаны с системой образования: сначала государства региона ввели собственные образовательные программы, а затем отказались от преподавания на русском языке. Если на ранних этапах подобные действия были следствием роста националистических настроений после обретения независимости, то в дальнейшем это стало борьбой с усиливающейся эмиграционной волной русского населения, в том числе – преподавательских кадров. Наиболее остро проблема ощущается в Узбекистане и Туркмении. Ещё в 1990-е гг число школ с преподаванием русского языка в Узбекистане снизилось на 1/2, в Туркмении – на 2/3. Туркмения избрала радикальный метод для ассимиляции русских, а точнее, для уничтожения русской идентичности. С 2001 года все русскоязычные школы были превращены в школы смешанного типа и переведены на заимствованную из Турции 9-летнюю систему образования. Лидером в искоренении русскоязычного высшего образования среди республик Центральной Азии справедливо можно назвать Туркменистан. К началу нулевых все вузы страны преподавали исключительно на туркменском языке, кафедры русского языка фактически повсеместно закрывались. И до последнего времени в Туркмении не было филиалов российских вузов. Всё это привело к снижению уровня получаемых знаний. Единственное в республике учебное заведение, где ведётся преподавание на русском языке по российским программам, – средняя школа им. А.С. Пушкина, открытая в 2002 г. Узбекистан также не отставал в вопросе ликвидации русскоязычного образования. В 2000 году Министерство образования Узбекистана запретило учебную литературу издательства «Просвещение», несмотря на то, что по качеству она превосходила новую.

С ослаблением русского образования в Центральной Азии крепли и крепчают позиции турецкого образования, особенно сильны они в Туркмении. Почему так происходит? Первая мысль, которая напрашивается – и Туркмения, и Турция братья по вере: в Туркмении ислам проповедуют 89 % населения, в Турции – 96, 1%. И это, надо сказать, немаловажная составляющая. Одной из причин отсутствия консолидации между русским общинами, проживающими на постсоветском пространстве, стала утрата такого качества, как соборность. Официальной идеологией Советского государства был провозглашён атеизм, мысли о соборности исключались. Соборность – это не только консолидирующий элемент, но и существенная составляющая в формировании фундамента диаспоры (включая язык, культуру, особенности быта, традиции и др.). Именно эти компоненты значимы в сохранении чувства идентичности.
Поскольку идентичность не является врожденным атрибутом человека и развивается только в социальной группе, то при неоднородности социальных влияний она становится менее осознаваемой, что, в конечном счёте, приводит к её регрессу, а затем расщеплению. Такого мнения придерживается Дж. Мид в вопросе становления идентичности. Русский человек, живущий за пределами своей исторической родины, постоянно находится между разными социальными группами, у которых различные ценностные ориентации и нормы. Он находится в постоянной опасности: у него могут возникнуть две и более идентичности, что приводит к угрозе отмирания оригинальной идентичности – русской. С этой точки зрения, так важно и необходимо вмешательство Российской Федерации в жизнь своих соотечественников, живущих за рубежом. И одной культурологии здесь недостаточно. Это должно быть связано с формированием общественных институтов, оказанием экономической помощи своей «неклассической диаспоре». Иначе говоря, Россия должна обратить внимание на экономику диаспоры и эффективную интеграцию русских в социально-экономические отношения новых независимых государств.

По этому пути движется Турция. Религия не единственная причина, по которой сильны её позиции в Туркмении. Турция является для неё одним из главных политических и экономических партнёров. Большая часть инвестиций в экономику Туркмении поступает именно из Турции. Как сообщает Фонд исторической перспективы «Столетие», к 2009 году в республике было зафиксировано 14 туркмено-турецких общеобразовательных школ, турецкая начальная школа, Международный туркмено-турецкий университет, образовательный центр «Башкент». Культурно-образовательная политика Турции в Центральной Азии настолько сильна, что с каждым годом их количество растёт. Более того, турецкие лицеи были открыты в нетюркском Таджикистане. Турция делает всё, чтобы распространить и усилить влияние турецкой, османской идеологии.

Культурная экспансия России в регионе Центральной Азии пока не может составить сильную конкуренцию турецкой экспансии. Хотя деятельность в этом направлении осуществляется. Так, в Центральной Азии с 2000 г. стали появляться филиалы МГУ им. М.В. Ломоносова и других российских вузов. В меньшей степени РФ затрагивает сферу школьного образования. Надежду на улучшение ситуации даёт создание в 2009 году российского Фонда «Наследие Евразии», нацеленного на разработку программы по развитию сети русских учебных заведений.

Конечно, подобная структура должна была появиться многими годами ранее, фактически с самого распада СССР. Не секрет, что русские в регионе Центральной Азии живут под постоянным националистическим давлением. Причина опять же заключается в отсутствии сильной и влиятельной диаспоры в этом регионе. Безусловно, есть программа Фонда «Наследие Евразии», занимающегося поддержкой русского языка, образования и культуры, но наряду с этим осуществляется исход русского населения и реализация «Программы переселения», начало которой приходится на 2006 г. Две, казалось бы, взаимообратные программы: одна пытается сохранить русскую самость, вторая – отражает её кризис и занимается переселением русского населения.

Размывание русскости, таким образом, стало типичным процессом в регионах постсоветского пространства. Ранее у наших соотечественников не было опыта жизни в диаспоре. Они в один момент оказались между двух культур (возвращаясь к Дж. Миду). Чужие ценности, традиции со временем становятся для них нормой и воспринимаются как свои. И в этой ситуации помочь им может только Россия. Помощь заключается в создании сильной диаспоры, что возможно через установление паритетных партнёрских отношений с регионами, где русские оказались в подобной ситуации. Как я уже сказала, одних культурных, гуманитарных программ недостаточно.

По мнению члена Координационного совета российских соотечественников С.В. Епифанцева, нужно отходить от программ, исключительно направленных на привлечение и освоение спонсорских средств (за исключением благотворительных проектов). Необходимо представить проекты, которые позволят вернуть затраченные на них средства или же будут гарантировать направление доходной части бюджета на новые образовательные, культурологические программы. Итогом такой политики станет создание единой сети взаимосвязанных и состоятельных в финансовом плане проектов и программ. Так у русской диаспоры появится возможность участвовать в общественно-политической жизни страны проживания и, кроме того, достойно представлять интересы своей исторической родины. Первый аспект особо актуален, так как до настоящего времени в республиках Центральной Азии, например, идёт не только целенаправленное выдавливание русского языка, но и проводится политика вытеснения представителей некоренного населения из сферы государственного управления, армейского руководства, промышленности и, конечно, образования. Одновременно с этим идёт активный процесс укрепления мусульманских сил в регионе.

Создав влиятельную диаспору, Россия укрепит не только положение своих соотечественников за рубежом, но и усилит собственные позиции, что особенно важно сегодня, когда мир, как ярко выразился Владимир Соловьёв в программе «Воскресный вечер» от 06.03.2016 г., «считает Россию евреем, который во всём виноват». Еще в начале прошлого года министр иностранных дел РФ Сергей Лавров констатировал: «Западу удобно обвинять во всех бедах Россию. Каждое трагическое событие на востоке Украины, такое как падение Boeing 777, или обстрел микрорайона в Мариуполе, сразу вызывает волну обвинений и призывы к новым антироссийским санкциям». Украина также обвиняет во всех своих бедах Россию. И даже свои экономические ошибки зачастую она хочет списать на счёт России. Все эти голословные обвинения по своей природе являются хроническими и необъективными. Отсюда и ирония В. Соловьёва: в Киеве идёт снег – виновата Россия, в Сирии война – виновата Россия.

Эту позицию открыто поддерживает Турция. Более того, премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу в феврале 2016 г., как сообщает агентство Рейтер, обвинил Россию в «преступных действиях», проводимых на территории Сирийской Арабской Республики. Министерство иностранных дел Турции сплошь и рядом обвиняет наше государство в ударах, наносимых по гражданским объектам в Сирии, и объявляет о том, что действия российских военно-космических сил приводят к гуманитарной катастрофе: «После решения о прекращении огня, принятом 11 февраля международной группой поддержки Сирии в Мюнхене, Россия продолжает наносить удары по мирным жителям, школам и больницам в Сирии…», – сообщается в тексте официального заявления турецкого ведомства. И это всё пустые обвинения, они не предоставили ни одного адекватного доказательства.

Власти Франции и Великобритании не остаются в стороне: президент Франции и британский премьер в один голос заявляют, что Россия должна прекратить воздушную операцию. После переговоров британского премьера с Олландом, пресс-секретарь Кэмерона привёл официальную позицию двух европейских держав: «По Сирии обе стороны выразили серьёзную озабоченность по поводу текущей ситуации и, в частности, по действиям России…Они отметили важность мер по прекращению огня и возвращению всех сторон за стол переговоров», – передаёт РИА Новости. Довольно глупо обвинять Россию, когда очевиден тот факт, что РФ наносит удары лишь по позициям террористов и цель её – уничтожение террористов и никак не мирного населения.

Главная задача России в настоящий момент выстоять в условиях вышеупомянутого геополитического кризиса и противостоять агрессивному этноотрицающему давлению, которое особенно характерно для регионов ближнего зарубежья. В связи с этим было бы целесообразным сделать одним из приоритетных направлений государственной политики – диаспоральное и обратить внимание на страны, выстроившие эффективный канал взаимодействия родина-диаспора: в частности, Турцию, или Армению.

Армянская диаспора в настоящее время является одной из самых сильных и сплочённых диаспор в мире. И это благодаря эффективным механизмам её финансирования. Её отличает внушительный опыт по лоббированию экономических и политических интересов страны за рубежом. Известно множество организаций диаспоры, среди которых организации международного уровня. О результативности и действенности армянской диаспоры зарубежья свидетельствует факт оказания регулярной финансовой и гуманитарной помощи РА. В этом контексте особо выделяется армянская диаспора Соединённых Штатов. Постоянную поддержку Армении оказывают такие структуры, как: Всеармянский благотворительный союз, Армянская Ассамблея Америки. Бесспорным лидером в оказании финансовой помощи Армении длительное время являлся фонд «Линси» американского магната армянского происхождения Кирка Керкоряна. Так, в начале 2000 года фонд «Линси» осуществил в Армении дорожное строительство на 200 млн долларов. Деятельность фонда стала реальным подспорьем для Армении. Благодаря «Линси» было отремонтировано 34 культурных объекта по всей Армении, в 2003 году на 7 млн долларов был построен автомобильный тоннель Севан-Дилижан, способствующий развитию туристической инфраструктуры Армении. Несмотря на то, что фонд «Линси» уже упразднён (по вине армянских чиновников, которые то и дело присваивали себе часть этих денег) и Керкоряна нет в живых, вклад его в развитие Армянской республики неоценим. Столь же велик вклад армянского лобби США: с конца 90-х- начало 2000-х объём американской гуманитарной помощи, оказанной Армении, составил 293 млн долларов.

Таким образом, армянская диаспора США своими усилиями способствовала созданию институтов, необходимых для лоббирования экономических и политических интересов Армении в Америке, и в целом, работа армянской диаспоры Соединённых штатов нацелена на установление тесных отношений между Арменией и США. Армяне штатов по собственному побуждению направляют все свои действия на то, чтобы избегнуть ассимиляции в западную культуру. Они каждый день становятся армянами. Живя в чужой стране, мало родиться армянином, или русским, крайне важно сохранить за собой армянство, русскость и идентифицировать себя со своим этносом, что довольно трудно в условиях сосуществования нескольких культур.

Как бы парадоксально это ни звучало, нужно постоянно выражать реальную, а не напускную обеспокоенность проблемами своего этноса. Необходимо беспрестанно предпринимать шаги по консолидации своих соотечественников, живущих в зарубежных государствах, стремиться к тому, чтобы каждый гражданин в своей ли стране, за рубежом ли, работал на то, чтобы историческая родина, а за рубежом – диаспора, становились сильнее. Когда придёт такая осознанность, тогда и будет сгенерирована объединяющая идея, благоприятствующая образованию определённых консолидирующих этнос институтов. О такой необходимости заявил Владимир Путин в ходе встречи с членами Клуба лидеров в начале февраля 2016 г. Он также добавил, что такая идея есть: «У нас нет никакой и не может быть другой объединяющей идеи, кроме патриотизма. Никакой другой идеи мы не придумаем, и передавать не надо», – передаёт ТАСС.

Главное в этом вопросе, чтобы патриотизм не был напускным. Для внедрения национальной идеи мало одних заявлений Президента или кого-либо ещё, прежде всего, нужно сознание. Поэтому так важно говорить о любви к родине на всех уровнях, важно, чтобы патриотизм был реальным и стал национальной идей, как в Армении и многих других странах. Слова Армении, армянской диаспоры о патриотизме подкрепляются конкретными действиями, и чем дальше, тем более серьёзные меры предпринимаются по консолидации армян, среди которых: создание Союза Армян России, деятельность Ассоциации российско-армянского делового сотрудничества, принятие в 2007 году закона, дающего право на гражданство всем армянам, и, разумеется, создание в октябре 2008 года Министерства диаспоры РА и другие. Вследствие чего армянам удалось создать качественную и влиятельную диаспору. Справедливым будет высказывание, что диаспора, или, как принято говорить в Армении, Спюрк, помогает Армянской республике, а не Армения Спюрку. Только за годы энергетического кризиса армянские общины мира предоставили 21 млн долларов для осуществления поставок топлива в Армению.

Минимодель взаимоотношений Армении и диаспоры является наглядным примером того, что с диаспорой необходимо активно сотрудничать. Благодаря продуктивному функционированию армянских консолидирующих диаспоральных институтов, в США и России, особенно, сложился положительный образ армян и Армении, что подтверждается весьма важным аспектом: эти две сверхдержавы на государственном уровне поддерживают РА в вопросе признания Геноцида армян в Османской империи (хотя из 50 штатов Америки официально признали и осудили Геноцид армян 45, конгрессмены периодически представляют в Конгресс резолюции по признанию Геноцида; 24 апреля объявлено Днём памяти жертв Геноцида армянского народа в обоих государствах).

Вообще Геноцид армян стал для армян всего мира той самой национальной идеей, которая, по словам российского Президента, и способствует консолидации. Остановимся на армянах России. Да, создаются механизмы по оказанию финансовой и экономической помощи общественным организациям. Да, идёт активное лоббирование политических и экономических интересов Армении в РФ. И да, укрепляются торгово-экономические и, в целом, межгосударственные связи между Арменией и Россией. И в контексте всех этих процессов Армения и диаспора как мантру повторяют о необходимости признания Геноцида армян Турцией. Прошло столетие, но дискуссии вокруг этого трагичного для истории армян события лишь усиливаются. Пройдет ещё столетие, и об этом всё ещё будут говорить. Такова сущность армянского этноса. В такой форме они выражают свою преданность исторической родине и обеспокоенность её судьбой. В этом заключается национальная идея армянского народа.

Волна антироссийской истерии, которая со временем только нарастает, ставит под угрозу чувство русскости и русской национальной идеи – патриотизма россиян. У России нет сильной опоры в тех государствах, где ведется антироссийская пропаганда. Наличие авторитетных диаспоральных институтов предоставило бы ей возможность лоббировать свои политико-экономические интересы в этих регионах и установить крепкие связи со своими соотечественниками, в которых чувство патриотизма постепенно угасает, и на смену ему приходит новое – чувство идентичности с инородной культурой. России стоит обратить внимание на армянскую модель диаспоральных отношений и начать активную работу с русской, пока ещё «неклассической», диаспорой.

Армине Казарян

Все новости раздела «Аналитика»

Интервью
Аналитика
Рейтинги
18 Августа